Вызывает внутренний протест и мысль об эластичной оболочке жилища, о непрестанных трансформациях его основных частей. По первому впечатлению, это противоречит веками выработанным представ­лениям о человеческом пространстве как о чем-то устойчивом, стабильном, именно этими качествами отличающемся от природного окружения. Но в книге "Кибернетика и общество" Н. Винера подчеркивается, что эластичность строения тела и кожного покрова явилась важнейшим биологическим условием сложного психологического и интеллектуального совершенствования, безграничного "научения" челочка в процессе его физического развития. Радикальный успех в со­здании "думающих" машин, отмечает Винер, зависит от степени преодоления их технической жесткости и воспроизведения структуры человеческого организма. Жилые ячейки с мягкой оболочкой, сейчас - среды. Так, уже на стадии формации предусматривается свобода для дальнейшего развития, например отвергается излишняя плотность расположения элементов. На стадии дифференциации на первый план выдвигается открытость и присоединяемость, обеспечивающие простор для количественного роста. На стадиях старения и смерти особое значение приобретает взаимозаменяемость составляющих элементов для регенерации и омолаживания организма.

Ссылки на органический мир, природу, откуда метаболисты черпают наглядные модели количественных изменений (дерево, позвоночный столб и т.д.), сохраняют силу лишь в той мере, в которой "вторая природа" адекватна по внутренним закономерностям естественному окружению. Однако создаваемый человеком мир подчиняется более сложным законам, чем природа. Ему присущ вероятностный характер развития, мало известная природным явлениям оригинальность. "Вторая природа" основана на изменениях, выходящих за рамки метаболистических, т.е. чисто количественных, преобразований, в ее развитии фундаментальную роль играют качественные изменения, метаморфические скачки.